May 15, 15:29

Роман Осипович Якобсон натолкнул опять на пару мыслей. Процитирую его для начала:

«Форма овладевает материалом, материал всецело покрывается формой, форма становится шаблоном, мрет. Необходим приток нового материала, свежих элементов языка практического, чтобы иррациональные поэтические построения вновь радовали, вновь пугали, вновь задевали за живое.

От Симеона Полоцкого через Ломоносова, Державина, Пушкина, далее Некрасова, Маяковского русская поэзия идет по пути усвоения все новых и новых элементов живой речи. Недаром так ужасали критиков в Пушкине: «Мальчишек радостный народ коньками звучно режет лед»; «На красных лапках гусь тяжелый...»; «Морозной пылью серебрится eгo бобровый воротник».

Уже не воспринимая эффектных гипербол, мы скользим глазами по для нас благозвучным, легким стихам «Полтавы»:

> Отряды конницы летучей,

> Браздами, саблями звуча,

> Сшибаясь, рубятся с плеча.

> Бросая груды тел на груду,

> Шары чугунные повсюду

> Меж ними прыгают, разят,

> Прах роют и в крови шипят.

Брюсов противопоставлял трезвость этих стихов пьяной поэтике раннего модернизма, а современник вопил: «Если кавалерия своя и неприятельская рубятся между собою, то ядра не могут между [ними] прыгать и разить, потому что в толпу неприятеля, смешанного с своими, стрелять не станут. Ядра могут шипеть в крови, когда они раскалены, но раскаленными ядрами не стреляют».

Мы говорим о гармоничном сочетании слов у Пушкина, а современник находил, что слова у него визжат и воют от нежданного соседства.

Умирание художественной формы присуще не одной поэзии. Аналогичные факты приводит Ганслик из области музыки:

> «Сколько, - говорит он, - есть пьес Моцарта, в свое время признанных последним словом страстности, огненности и смелости ... Чувству покоя и чистого наслаждения бытием, будто бы лившемуся из Гайдновых симфоний, противопоставляли взрывы жгучей страсти, суровой борьбы, горькой и едкой боли в музыке Моцарта. Лет двадцать, тридцать спустя точно так же решали вопрос между Бетховеном и Моцартом. Место Моцарта как представителя порывистой, увлекающей страстности занял Бетховен, а Моцарт подвинулся в производстве до олимпийской классичности Гайдна... Знаменитая аксиома, будто бы “истинно-прекрасное” (а кто в этом качестве судья?) никогда, даже через самое долгое время не теряет своей прелести, относительно музыки давно уже стала только звонкой фразой. Музыка подобна природе, которая каждой осенью проедает тлению целый мир цветов, из них же затем возникают новые. Всякое музыкальное сочинение есть дело человеческое, продукт определенной индивидуальности, времени, культуры и потому всегда содержит элементы более быстрой или более медленной смертности... Законное влечение к музыкальным новинкам ощущают и публика, и артисты. Критика, умеющая преклоняться перед старым и не имеющая духа признать новое, убивает производительность».

--

Написано в мае 1919-го о поэзии, но перенос на другие тексты сделать, думаю, можно. Сто лет спустя через среднего человека ежедневно проходит куда больше «текстовой массы». И это огромная проблема для любого автора, который хочет «задевать за живое». Когда почти все хотят выделиться, все способы выделиться, привлечь внимание становятся клишированными и перестают работать.

1. Мало менять форму текста, уже и мультимедийность (картинки, видео) задействованы, и тоже уже успели оскомину набить.

2. Новейшим типом «иррационального художественного построения» является интернет-мем. Но даже удачный мем остается свежим очень недолго.

3. Даже если вы продвигаете бизнес или еще какую-то серьезную хрень, «привлечь внимание» стало художественной задачей. И даже художественно-аналитической. См. недавно процитированное про «мы никому не интересны».

4. То есть требования к автору, его способностям, незаметно задрались огого как. Скоро «придумывать нестандартное» может стать гигиеническим минимумом.

5. Видимо мой любимый концепт one man army в контентной области вымрет. Сейчас у нас «контентная команда» — это когда к текстовику присоединяются редактор, фотограф, оператор, звукореж/монтажер, продюсер и т.д. Скоро уже только для текстов придется сочетать разномыслящих людей — сумасшедшего креативщика с хладнокровным аналитиком-редактором и бдительным мем-наблюдателем (и все они еще обмазаны продюсером и бог знает кем еще). Ну как «скоро»… креативные агентства давно так работают, кажется. Теперь остальным тоже придется ставки повышать.

6. Повод для сверхосторожного оптимизма: так как новые люди физически не будут успевать прочесть всё, что уже было опробовано, возможен какой-то recycling прошлых контентных эпох. Но я бы на это не особо рассчитывал, потому что одновременно все когнитивные искажения (на которые нас ловят) эксплуатируются в промышленных масштабах, а число человеческих уязвимостей конечно. И в этих местах люди становятся более толстокожими еще до совершеннолетия. А attention span уже как у рыбок. Такой вот, мать его, прогресс.